(no subject)

[febb]

Мой сон не горек, на полянах сна, где только что цвели похожие на пламя цветы забвенья и печали, ты проходила медленно луною и пыльца с разбега падала в овал прозрачных кружев. Я ловил платком тишайших махаонов, но третий глаз их дерзкий и проворный все ускользал, как рыба к горизонту и плавился, как масло в тонкой горловине рассвета. Ты плела венок, но стебельки не гнулись, острыми шипами впивалось чувство в плоть твою живую и ты бросала горькую работу и терла руки тщетно и напрасно отмыть рассвет пытаясь между пальцев. И лишь вода скороговоркой журчала в доме, дом еще был темен, а в ставни бились стаи махаонов слегка надорвано, как тонкая бумага, в твоих руках им вторила, как время. Осадок был нерастворим. Ты выходила и клала мне на плечо прохладные ладони и шептала о чем-то в песне мне терзая совесть. Но совесть умолкала, облака надорвано летели к горизонту мягким снегом. Чтоб распластаться там и быть тебе ненужным и плыть, как лодка в камышах рассвета и черпать звезд усталыми горстями и плеском отгоняя махаонов всё плыть туда где почестей не будет. Где только сон мой, как остаток меда. Не слизан с кринки словно догорает и на твоих губах с росою перемешан, обсохнет и в слова как имя превратится...