febb

Один из послених постов со ссылкой: http://voprak.livejournal.com/43512.html

Благодаря этой комьюнити я понял, что я люблю эти фотографии "как есть"...
А ведь как красиво и убого, как по человечески страшно, пустынно, неуютно и одновременно ощущаешь эту теплоту в домах, теплый, хлеб и чай с сахаром в прикуску, пучок бледного зеленого лука в майнезной баночке, на подоконнике кефир с синей крышечкой из фольги, тонкий запах дизельной гари в форточку, нудное чириканье воробьев, как стрекот кузнечиков и очень родная тишина, тишина натянутых перепонок, оглушительная, как смерть после выстрела!..
Я понимаю, что это ностальгия в чистом виде, но эти острые ощущения от предзимья: сухой как кашель асфальт с промерзшей провинциальной пылью времени и грязцой. Это не та разьедающая, проникающая сквозь резину, как серная кислота, ядовитая столичная жижа... Это рахат-лукум на черном, как гобушка ржаного хлеба, асфальте... Эти лианозовские отечественные автобусы - я в печонках знаю как у них громыхает и бренчит нутро на разбитой дороге, как мерзнут до боли впившихся игл под ногтями ноги... Или как обжигающе жарко прислонившемуся к переднему отсеку для двигателя. Эти хрущевки из серого силикатного кирпича с крошечными кухнями, ржавой сантехникой и темными прихожими с мирно мурлыкающей водой в унитазе, и шаркающими старушками... Эти дома из красного кирпича - суровые как кремлевские стены, аскетичные как тюрьмы и создающие робкую надежду на тепло и покой... Столетние купеческие пятистенки, как бронированные укрепления, амбразуры, мощные с витиеватой резьбою наличников, с окошками-бойницами, где между стеклами лежит толстый серый многолетний, как прошлогодний снег, слой ваты с черными точками мертвых мух... Или сморщенное лицо старухи, недоверчиво и подслеповато шурящееся на ровный, как сливки с белилами, дневной свет. Эта вечная придавливающая к земле облачность и невыразительные лица прохожих с сосредоточенным взглядом себе под ноги... Старушка в неизменном темно-сером пуховом платке, торгующая солеными огучиками, пахнущими резко и аппетитно, уговаривающими сбегать за углом за бутылкой белой "столичной" с крышкой из неровной фольги, как на пузырьке с "зеленкой" и бутылкой, в которых продают так же керосин, растворители и лаки в пахнущих вечным и неистребимым, как первородный грех, хозяйственным мылом, вонючим дешевым стиральным порошком и промасленной бумагой, хозтоварах... Эти городские тополя изнасилованные и кастрированные несколько раз, как только в городском бюджете появлаялись нерастраченные деньги или в предвыборной компаниях, какого-нибудь толстобрюхого толстомяса, прижимистого хряка с ряхой разьетой сверх всяких размеров депутатской скромности и приличия. Это "запорожец" с иголочки от Зайцева, который не ездеет, но ремонтируется и подркрашивается ежегодно... Эти попмпезные фундаментальные сталинские мерзлые школы с высокими потолками... В которых страшно и жутко обнаружить детей... Эти наземные теплотрассы с порванной блестящей оболочкой и грязной вывалившейся стекловатой, как попытка харакири... Этот всеобщий пофигизм к теплу, электроэнергии, грязи и холоду... Эти вечные дутые китайские куртки на сентипоне. Разноцветные на дрожащих смазливых девчужках, серые и мрачные на больших и крепких мужских спинах... Это кладбищенская тишина за вечно реставрируемой церковью, охраняемая по-хозяйски гаркающими на людей и покойников воронами... Это Родина...