Подражая Жванецкому...

[febb]

Напишу еще про Любовь. Хотя конечно ею надо заниматься, а не забивать эфир. Это правда. Вот интересно, что Великая, как Китайская Стена, Лубофф не может возникнуть на пустом месте. Она, как скучающая барышня в театре. Этакая, знаете ли, коренная Москвичка за писят, которая засыпает на 5ой премьере Чеховской Чайки. Она настолько знает постановку, что разбуди ее в любом акте, она безошибочно скажет кто кончит и захрапит дальше! Так вот ее нужно разбудить. Т.е купидон должен взять пугач, натолкать в него пистонов полную пачку и этаким таким пистонным чифиром шандарахнуть оглушительно над ухом это задремавшей московской тетки. По имени Любовь. Возможно Иванна или Октябрина, или Цицерович. Кому как нравится. Я же понимаю нюансы. Я же не зверь. Я тоже люблю их не меньше чем всех вас. Вместе взятых. В одном месте. Так вот о Любви. Или другой сценарий. Она падает в Москву-реку, ломает себе... ну что нибудь второстепенное... Не хочется уродовать ради высоких чувств главную героиню моего пафосного повествовавния. Скажем ломает она мизинец. Да мизиниец, это терпимо. Причем на ноге. Это совсем хорошо. А тут появлается он. Сначала унылый ИТР в драном свитерке, проженным папиросами и серной кислотой, побитым молью. С печальным взглядом Евгения Онегина сквозь толстые, как полынья в крещенские морозы, стекла очков, притягивающих его к себе за оттопыренные уши на резинке от маминых, извините, трусов... Такой тип интеллигента во вкусе Эльдара Рязанова... И вот этот отважный Отел, без пяти минут Дездемон, жертва науки и техники, на слабеньких и кривеньких, как у отечественных полупроводниковых транзисторов, ножках бросается на помощь, этой фиалке его застенчивого сердца. И вытаскивает ее откуда-нибудь, из страшного урбанистического места, типа из железной хватки турникета в метро, где она сломала свой достойный кисти или лепнины Микеланджело Буанаротти мизинец и бросается на его впалую инженерно-теническую грудь, т.е. примерно чуть повыше солнечного сплетения или что там у него есть. Ну там он ее везет в склифасовского. Ей накладываю шины на мизинец, приматывают его туго, грубо и бесцеремонно. А он держит ее за лапку и типа сопереживает. Вот такого события не хватает, что высечь Любовь. Точнее искру Любви. В обыкновенном суетливом уталом сердце. За 5 минут до третьего и счасливого акта в жизни. Вот видите, теперь никто не скажет мне, что я ничего не смыслю в женщинах и Любви!

Comments

[febb.livejournal.com]

Ага. нужный человек, в нужном месте...

[mbgete.livejournal.com]

Не всегда нужный. В последний раз при знакомстве это оказалась девочка.