febb | (no subject)

Как я уже сказал мой фотик накрылся, поэтому вместо фоток будут тексты.

В нижегородском поезде ехал с двумя девушками из Солнечного Сыктывкара. Или не очень солнечного, даже забыл где такое на карте. Девушки были во вкусе Карла Брюллова и Козьмы Пруткова т.е. такие "нельзя-обьять-необьятные".

Я скромно сьел блинчик с семгой на дорожку, купленным за 80 рублей (это больше трех баксов - вы там в москве совсем с ума посходили!) и краем глаза наблюдал, что девушки готовятся к серьезной трапезе. Оставив им столик на сьедение, как Наполеон при Ватерлоо ретировался на кушетку, попивая кефир, наблюдая то дождь за окном, то девушек священнодействующих при разворачивании своей роскошной купеческой снеди.

Девушки были как на подбор в немецком порно: курчавая блондинка и крашенная брюнетка. Наблюдать за ними было одно удовольствие. Они воздвигли в центр стола приличную гору жаренных куриных принадлежностей. Которые сразу наполнили купе и коридор непередаваемым ароматом подгоревшего масла и чеснока. Отельной горкой возвышались огурцы, помидоры и стопка нарезанного хлеба. В огромную пено-пластиковую лохань девушки поместили какой-то лапшичный доширак с крутым кипятком. Ели они с нескрываемым удовольствием. Похихикивая и деловито медленно обгрызая косточки, прихлебывая дошираком. Невероятно смачно.

Примерно через полчаса они совершенно повеселели, сытно заикали и залоснились. Осталось только, как на картине Кустодиева, попить чайку с конфетами. Именно это они и сделали. Вкусно чавкая шоколадными конфетами и оставляя гору фантиков. После этого, облизав меня каким-то влажным взглядом, с легким необременительным сожалением завалились спать.

Блондинка выпростав здоровую мясистую ножищу без носка, необыкновенно легко оттолкнулась ею от столика, риторически извиняясь, что вынуждена воспользоваться его услугами, шариком взмыла на верхнюю полку. Брюнетка раскрыла какое-то чтиво с названием "Все девушки - невесты" и сонно почитала минут пять, прежде чем равнодушно-деликатно захрапеть, отвернувшись зубами к стенке.

Я минут 10 как-то ошарашенно пытался осознать по инерции смысл этого названия, но так и остался в каком-то недоумении. За окном проплыли "в тоске невыразимой" Ерофеевские "Петушки"... От этой невыразимой тоски я слег и проспал до Владимира. Электровоз, резко тормозя, растолкал сонных пассажиров и за заплаканным окном как-то необыкновенно торжественно проплыли и встали, как вкопанные, купола Успенского Собора...