(no subject)

У некоторых людей совершенно пустой взгляд. Не то чтобы это было страшно.
Но что-то особенного врядли от него услышишь.
А вот чиста по жизни такие люди иногда очень даже помогают.
Они часто очень деятельны и деловиты.
Прекрасные качества на самом деле.

А то иногда взгляд не пустой. Очень даже много чего в нем.
Но что толку? Вспоминается сразу Лермонтовское:

Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее — иль пусто, иль темно,
Меж тем, под бременем познанья и сомненья,
В бездействии состарится оно.
Богаты мы, едва из колыбели,
Ошибками отцов и поздним их умом,
И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели,
Как пир на празднике чужом.
К добру и злу постыдно равнодушны,
В начале поприща мы вянем без борьбы;
Перед опасностью позорно-малодушны,
И перед властию — презренные рабы.
Так тощий плод, до времени созрелый,
Ни вкуса нашего не радуя, ни глаз,
Висит между цветов, пришлец осиротелый,
И час их красоты — его паденья час!

Мы иссушили ум наукою бесплодной,
Тая завистливо от ближних и друзей
Надежды лучшие и голос благородный
Неверием осмеянных страстей.
Едва касались мы до чаши наслажденья,
Но юных сил мы тем не сберегли;
Из каждой радости, бояся пресыщенья,
Мы лучший сок навеки извлекли.

Мечты поэзии, создания искусства
Восторгом сладостным наш ум не шевелят;
Мы жадно бережем в груди остаток чувства —
Зарытый скупостью и бесполезный клад.
И ненавидим мы, и любим мы случайно,
Ничем не жертвуя ни злобе, ни любви,
И царствует в душе какой-то холод тайный,
Когда огонь кипит в крови.
И предков скучны нам роскошные забавы,
Их добросовестный, ребяческий разврат;
И к гробу мы спешим без счастья и без славы,
Глядя насмешливо назад.

Толпой угрюмою и скоро позабытой
Над миром мы пройдем без шума и следа,
Не бросивши векам ни мысли плодовитой,
Ни гением начатого труда.
И прах наш, с строгостью судьи и гражданина,
Потомок оскорбит презрительным стихом,
Насмешкой горькою обманутого сына
Над промотавшимся отцом...

На заправке...

О чем у думаю на заправке? О судьбе заправщиков.
С одним мы очень доброжелательно здороваемся и обмениваемся фразами уже несколько лет.

А однажды на другой заправке (за 10 лет в Омерике) я чуть не наорал на одного заправщика,
потому, что он отказался обслуживать из-за того, что у мен не опускалось правое стекло, а ему лень вилимо было обходить машину или точнее он посчитал это ниже своего достоинства это делать ради еще одного наглого американишки. Он был сухощавый, в чалме, с какими-то неприятно заострившимися чертами лица...

Первый был тоже индус но без этих национально-религиозных прибамбасов.
Он был с круглым, добрым, открытым, приветливым лицом.
У него хорошая карма.

И я думаю, что религиозные люди бывают часто хуже.
В них есть какая-то неприятноя несамодостаточность,
словно моровая язва, которая подтачивает их силы изнутри...

Потому, что есть религиозные, а есть верующие.

Первые все время молятся и вымаливают себе что-гибудь -
помощь или какие-то пожизненные привелегии.
Но бог - не фраер. Он все видит. И мне кажется он таким так и ничего не дает
и они уже звереют от этой безвыходности, но по-прежнему
обращаются за помощью не к окружающим людям, а к абстрактному богу.
Потому, что они недолюбливают людей. И видимо по этой причине,
считают необходимым для своего достоинства общаться без снисходительности и презрения
только с богом.

Я думаю, что если бог вам долго чего-то не дает, то видимо
вам уже давно пора раскрыть глаза и обратиться к людям.
Не настолько они хуже его, чтобы вы так пеклись о
своей гордыне. Он мудр и понимает это.

(no subject)

Хорошую такую приправу купил. Укропное семя называется. Большую банку за 3 американских рубля.

Добавляешь и Россией пахнет...