(no subject)

[febb]

Коктебельская тема в поэзии достала, хотя конечно пить прохладное вино у теплого моря - вечная тема. Почему все сплотились вокруг этого несчастного Волошина? Не понимаю я... Поэт далеко не лучший. Потому, что у него дача была в клевом месте? Отголосок черноморских пансионатов для союзписов? Привелегии и льготы? Мне как-то это все неприятно, кажется постыдным. Массовость КСП тоже иногда раздражает. Я просто хочу на Черное Море без всякого Волошина. С томиком Блока и касетой Визбора в одиночестве. Советский быт терпеть не могу. Я даже люблю нудистов за их презрение к одежде и первобытность... Даже понятие "культура" мне иногда противна, как понятие уездный Дом Културы. Дом Халтуры... Хотя забытый богом cинематограф в живописной деревушке вызавает у меня слезы умиления... Вообще приобщаться к культуре можно лишь в одиночестве, а пить вино и жарить шaшлыки конечно в шумной компании и воблу чистить на газате "Советская Культура"... И вообще писательские организации - советское скотство... Писатель и художник - риза отшельника-индивидуалиста, иногда cxима, иногда красная муть "Кагора" и крепленого портвейна... Но что-то индивидуальное... Коллективизм меня напрягает и пугает... Нет в нем задушевности и сокровенности. Интимности нет... А без интимности - что за жизнь?..

Comments

[g-wanderer.livejournal.com]

Возможно, это свидетельсво сможет изменить наше легковесное суждение о некоторых людях:))
"Вспомнилась встреча с Максимилианом Волошиным, о котором я читала в газете, где говорилось, что прошло сто лет со дня его рождения. Было это в Крыму, в голодные трудные годы времен Гражданской войны и "военного коммунизма". В те годы я уже была актрисой, жила в семье приютившей меня учительницы моей и друга, прекрасной актрисы и человека Павлы Леонтьевны Вульф.
Я не уверена в том, что все мы выжили бы (а было нас четверо), если бы о нас не заботился Макс Волошин. С утра он появлялся с рюкзаком за спиной. В рюкзаке находились завернутые в газету маленькие рыбешки, называемые камсой. Был там и хлеб, если это месиво можно было назвать хлебом. Была и бутылочка с касторовым маслом, с трудом раздобытая, им в аптеке. Рыбешек жарили в касторке. Это издавало такой страшный запах, что я, теряя сознание от голода, все же бежала от этих касторовых рыбок в соседний двор. Помню, как он огорчался этим. И искал новые возможности меня покормить.
Иду в театр, держусь за стены домов, ноги ватные, мучает голод. В театре митинг, выступает Землячка; видела, как бежали белые, почему-то на возах и пролетках торчали среди тюков граммофон, трубы, женщины кричали, дети кричали, мальчики юнкера пели: "Ой, ой, ой, мальчики, ой, ой, ой, бедные, погибло все и навсегда!" Прохожие плакали. Потом опять были красные и опять белые. Покамест не был взят Перекоп. Бывший дворянский театр, в котором мы работали, был переименован в "Первый советский театр в Крыму".
О Волошине. Среди худущих, изголодавшихся его толстое тело потрясало граждан, а было у него, видимо, что-то вроде слоновой болезни. Я не встречала человека его знаний, его ума, какой-то нездешней доброты. Улыбка у него была какая-то виноватая, всегда хотелось ему кому-то помочь. В этом полном теле было нежнейшее сердце, добрейшая душа. Однажды, когда Волошин был у нас, началась стрельба. Оружейная и пулеметная. Мы с Павлой Леонтьевной упросили его не уходить, остаться у нас. Уступили ему комнату. Утром он принес нам эти стихи - "Красная пасха".
КРАСНАЯ ПАСХА
Зимою вдоль дорог валялись трупы
Людей и лошадей. И стаи псов
Въедались им в живот и рвали мясо.
Восточный ветер выл в разбитых окнах.
А по ночам стучали пулеметы,
Свистя, как бич, по мясу обнаженных
Закоченелых тел. Весна пришла
Зловещая, голодная, больная.
Из сжатых чресл рождались недоноски
Безрукие, безглазые... Не грязь,
А сукровица поползла по скатам.
Под талым снегом обнажались кости.
Подснежники мерцали точно свечи.
Фиалки пахли гнилью. Ландыш - тленьем.
Стволы дерев, обглоданных конями
Голодными, торчали непристойно,
Как ноги трупов. Листья и трава
Казались красными. А зелень злаков
Была опалена огнем и гноем.
Лицо природы искажалось гневом
И ужасом.
А души вырванных
Насильственно из жизни вились в ветре,
Носились по дорогам в пыльных вихрях,
Безумили живых могильным хмелем
Неизжитых страстей, неутоленной жизни,
Плодили мщенье, панику, заразу...
Зима в тот год была Страстной неделей,
И красный май сплелся с кровавой Пасхой,
Но в ту весну Христос не воскресал."
Симферополь 21 апреля 1921 г.
И стихи совершенно потрясающие!

[febb.livejournal.com]

Я вовсе не обсуждаю его как человека. Очевидно, что очень хороший и т.д.
Но стихи не очень. Я совершенно не против Волошина и пост не о нем...