febb

Я вот как уже писал, слушал А.Гениса программа передач "Довлатов и окрестности" Радио "Свобода".

http://www.svoboda.org/programs/cicles/dovlatov/dovlatov.01.asp

Там у него интересная и простая мысль об отличии поэзии и прозы:

"Бродского и Довлатова сближали стихи. Бродский прямо утверждал, что довлатовские рассказы "написаны, как стихотворения". Я не уверен, что это так. Скорее его рассказы появились на обратном пути от стихов к прозе. Поэзия сгущает реальность, от чего та начинает жить по своим законам, отменяющим пространство и время, структуру и иерархию. Информационная среда уплотняется до состояния сверхпроводимости, при котором все соединяется со всем. В таком состоянии ничего не может быть случайным. Тут не может быть ошибки. Бессмысленно спрашивать, правильно ли выбрано слово. Если оно сказано, значит - верно."

Как сказал Шаламов - рифма в стихе просто писковый интрумент. Ритм, рифма - это не главное. Главное в поэзии - это ощущение этой сверхпроводимости, сверхсжатой реальности, в которой всё неслучайно и все верно. Ради такого состояния, которое похоже на транс, существуют поэты и пишутся стихи.

По сути это таже наркомания. Но весьма оригинального свойства. Сделаю рискованное сравнение: религиозные люди испытывают религиозный экстаз, эйфорию (эндорфины и т.д.), шаманы входят в медитативный транс, актеры перевоплощаются в образ, поэты когда пишут стихи (не для стенгазеты) тоже впадают в одно близкое по сути состояние - гиперчувствования, когда ощущение реаьности происходит не в виде последовательности чувств, а как бы паралелльно - сразу и целиком (все по той же причине сверхплотности). Я думаю, что любое настоящее творчество проходит через такое состояние. Его называют разными слова - транс, драйв, вдохновение. Но именно ради него и пишут стихи. Человек, не ощутивший его, не ощущает глубины стихов, для него они - сеть двумерных слабосвязанных ассоциаций и нелепых смыслов. Но третье измерение недоступно, недоступно главное...

Есть такое современный поэт Андрей Полонский. У него есть потрясающее стихотворение. Я люблю его цитировать. Мне кажется оно наиболее точно передает это состояние, его просто невозможно не почувствовать:

ОБЬЯСНЕНИЕ В ЛЮБВИ

Королева марихуаны, ты объездила много стран,
ты затягивалась нирваной, подносила к губам кальян,
твои пальцы ласкали свиток, где иероглифы, как корабли,
уплывали в столбцы молитвы и чертили дуэль любви.
Поднимаюсь я утром рано, на холодный гляжу рассвет,
королева марихуаны - на снегу отпечатан след,
звон трамвая, плевок гудбая, тучи нынче сгустились над
тем пространством, что позволяет дуэлянтам не ждать наград.
Если сердце - то это слева, если справа - то это печень,
не кляни меня, королева, все равно утешиться нечем,
жизнь расписана словно в смете, завтра в церковь, потом в Париж,
да, мы встретились на рассвете и расстанемся, - как велишь.
Выбирала ты кавалера, чтоб плевал на чужую боль,
хорошо с тобой, королева, хорошо пролететь с тобой
мимо праздников и усадеб, мимо милых и правильных лиц,
мимо всех на земле доказательств, мимо всех на земле столиц,
мимо фронта и мимо тыла, мимо дел и курорта прочь,
чтобы пела и чтоб знобила, била в бубен шаманка - ночь.
Наша вечность подвешена криво на гвозде из прочитанных книг,
я не знаю исход мотива, но я помню чем дышит миг,
над расхристанным постоянством развевающий свой дымок,
над испуганным диссонансом, отбывающим вечный срок,-
за чертой городского распева, за сетчаткой тревожных глаз,
если сердце, то это слева, каждый раз как последний раз.

1996

Я с уверенностью отверждаю, что оно плотнее Пушкина, Пушкин более разрежен, но и элегентен. Но он не может сжать реальность до такого состояния, до которого сжал Полонский...